сочинение характеристика чиновников уездного города н

Вячеслав Глазычев — Уездный город N. 2002 — Отечественные записки

Журнал для медленного чтения

2012 2008 2007 2006 2005 2004 2003 2002 2001

Главная тема Справка , Справка Справка , , Справка Справка Справка Справка Справка Справка Справка Кроме того , Главная тема

Уездный город N. 2002

Не будем говорить банальности вроде того, что двести лет назад города, сегодня именуемые малыми, были очень крупными. Довольно того, что сегодня ясно, о чем речь: населенные пункты, не менее пятидесяти тысяч жителей, имеющие статус именно города.

Оставим в стороне массу любопытных подробностей, сопряженных с особой, в немуниципальной формой городского существования в Руси-России, где допетровский «войгород», военное поселение фронтира, сменилось на «чингород» — седалище чиновников-победителей, и т. п. Все это вполне занимательно, но имеет весьма слабую связь с современной действительностью.

Эту действительность принято обзывать, а чаще прямо поносить последними словами, что недорого стоит и напрочь блокирует способность различать. А различать есть что. Мне не приходило в голову подсчитывать количество вариантов бытования малого города на российских просторах, поскольку всякая типологизация живого подобна прозекторству. Достаточно и того, что этих вариантов много больше, чем неповоротливая государственная мудрость способна признать годными к различению.

В самом деле, есть малые города — фабричные слободы, сформированные по случаю сооружения очередного звена производственной цепочки, которые недоразвитой и развитой социализм протягивал по стране в логике самопального, но все же вполне концептуального искусства. Это раз. Есть останцы фронтирных городков допетровской эпохи, вроде Весьегонска или Козьмодемьянска, в наше время справляющего ежегодную «бендериаду» в честь Ильфа и Петрова, обозначившего сие место под солнцем, наполовину затопленное стройкой коммунизма по имени Чебоксарское водохранилище. Это два. Есть осколки дворянско-чиновного устроения земли, в которые собрались было помещики, окончательно заложившие свои имения после Великой реформы, и враз принялись устраивать театры и все такое (в одной Старице, что в Тверской губернии, где нынче, как и до октябрьского переворота, менее девяти тысяч жителей, было перед Первой мировой войной четыре штуки театров). Это три. Есть осколки купецкой системы расселения, наложившейся на дворянскую, вроде Елабуги, около которой можно наблюдать самую крупную руину промышленного строительства эпохи развитого социализма. Это четыре. Еще города, возникшие как частные промышленные владения демидовской поры, частью пережившие довоенный советский этап прирастания бараками, частью недопеределанные во время брежневской реконструкции городов. Это пять. Города как города, но с энтузиазмом лишенные остатков муниципальной самостоятельности решением глубоко умудренных законодательных собраний российских регионов, тогда как главы городских администраций суть теперь всего лишь заместители глав администраций районных, вроде Кувандыка. Это шесть. Города как города, но их радостно соединили с обезлюдевшими административными районами, тем самым растянув границу юрисдикции до границы с соседними районами, так что функциональный мэр стал функциональным префектом. Это семь. И так далее.

«И так далее» — в данном случае вовсе не фигура речи, поскольку надо быть чиновником грефовского суперминистерства, чтобы не видеть различие между Химками, скорее условно отделенными от Москвы, Царским Селом, без питерских туристов не существующим, Дмитровом, расположенным на известной стокилометровой отметке, и, скажем, Тихвином, островно существующим среди болот в углу Ленинградской области. И ни звука о магистральных отличиях между останцами ГУЛАГа, средневековыми кишлаками Дагестана, какой-нибудь Агиделью, пока что населенной исключительно женщинами с детьми, поскольку мужчины разбежались, когда приостановили строительство атомной станции, каким-нибудь Вольском, существование которого целиком центрировано на несокрушимой устойчивости военного училища тыла. А еще и полузакрытые города, между которыми на место прежнего равенства в относительном процветании советских времен пришли фантастические перепады качества жизни... 

source